Последнее обновление сайта:
Иллюстрация: Виктория Шибаева
Иллюстрация: Виктория Шибаева

«Когда едет каток, он давит всех». Хронология Болотного дела в воспоминаниях очевидца: месть властей и судебный цирк

«Сегодня в суде опять смотрели на видео, как ОМОН избивает людей. Пока других доказательств массовых беспорядков у обвинения нет», — так прозаик Евгений Коган описывает абсурд и беспредел, творившиеся на слушаниях по Болотному делу. Его фигурантами стали десятки не согласных с результатами президентских выборов, которые вышли на улицы в знак протеста накануне инаугурации Путина. В книге «„Мы придем еще“. Личная хроника Болотного дела» писатель, присутствовавший практически на всех заседаниях главного политического процесса начала 2010-х, представил полную хронологию карательного суда.

Публикуем избранные записи из судебного дневника писателя о том, как в России впервые разворачивались массовые преследования демонстрантов, за что судили невинных людей и как власти мстили участникам Марша миллионов — последней крупной акции неудавшейся революции. Подробно описывая каждый день слушаний, прозаик рассказывает, зачем судьи в открытую издевались над обвиняемыми, почему смеющиеся работники госучреждений закрытого типа не ведают, что творят, что превращает приемную СИЗО в пристанище скорби, а также как истинный патриотизм раскрывается в сопротивлении беззаконию и почему Болотное дело стало самым важным событием новейшей истории России, на годы определив антидемократическое развитие страны.

 

2013 год

 
12 апреля
 
Тут вот какая штука. Я знаю Степу почти два года. Он огромный, я никогда не видел таких больших людей. Огромный и какой-то фантастически добрый. И очень юный — ему недавно исполнился 21 год. И вот этот человек — великан и добряк, который обожает танцевать буги, много читает и постоянно улыбается, — этот человек почти год сидит в тюрьме. До суда. Я не читал 80 (или сколько там) томов дела, с которыми уже ознакомился Степа, но я знаю, что найденные у него при обыске «бутылка с зажигательной смесью» — это остатки ацетона, на донышке, который Степа использовал в своих занятиях реконструкцией, а «экстремистская литература» — это учебная литература на арабском, потому что Степа учил арабский в университете. И все это знают. Я знаю, что пострадавший, на слова которого опирается следствие, опознал Степу не сразу, а очень сильно потом. Насколько я понимаю, улик Степиного преступления, которые он может уничтожить (так считают следователь и прокурор) нет, и свидетелей, на которых он может надавить, насколько я понимаю, тоже нет. Об этом неустанно твердят адвокаты. Но судья не слышит — не хочет слышать, или не может. И Степа сидит в тюрьме, с 8 июня, почти год, и срок его содержания под стражей продлен до 8 июня, то есть до года. На всех этих дурацких судах он сидит в клетке, к которой нельзя подходить — мы перемигиваемся, и он улыбается. Он вообще молодец — судя по его письмам, он сохраняет самообладание, держит себя в руках. Он продолжает улыбаться, потому что он очень веселый и очень добрый человек. И потому что он умеет держать себя в руках, хотя ему очень тяжело. А то, что происходит вокруг, — это какое-то омерзительное блядство.


Читать целиком на ДИСКУРСЕ (в России нужен впн)
Читать целиком из Вебархива

 

Если вы не имеете доступа к впн, или хотите скачать статью в формате PDF, то можете воспользоваться этим сервисом для преобразования ссылки в формат PDF. Скопируйте ссылку ниже: 

https://discours.io/articles/chapters/chronology-bolotnaya-case

В браузере Brave сайт ОХО всегда будет доступен по ссылке ниже. Установите Brave, скопируйте ссылку и сохраните в закладках.

ipns://k51qzi5uqu5dk7wt23ixh9y55rtwsr78lmsr8xhhjdi34j1ywy6z7tmk4k1d1y/